Семь лет. Целых семь. Я сам помню, как в 2017-м впервые открыл госуслуги, чтобы записать кота к ветеринару — и потом три раза отменял запись, потому что не мог выбрать между «экстренным» и «запланированным». То есть, ё-моё, даже в цифре я терялся. И вот Москва наконец решила глянуть в эту статистическую бездну. Результаты — ну, почти как и ожидалось, если честно.
Собаки и кошки на вершине. Лидеры те же, что и в самом начале. За семь лет никто не перевернул доску. Британцы и шотландцы по-прежнему владеют территорией, как если бы подписали вечный договор. Шотландская скотч остаётся королевой, британец — правящей династией. И всё.
Первые строчки — кто же там
Елена Шинкарук назвала цифры. Шотландская кошка на первом месте. Шотландская! Если вы сейчас киваете — значит, вы либо догадались, либо просто привыкли к тому, что всё в Москве начинается с шотландцев. Британцы вторые — с их круглыми мордами и взглядом, от которого хочется объясниться. Они как родственники на семейном празднике: присутствуют всегда и тихо осуждают.
Собаки, конечно, рядом. Но даже среди них — тот же состав. Те породы, которые тянули одеяло в 2017-м, тянут и сейчас. Либо у москвичей вкус как бетон — крепкий, выстоянный, не поддающийся моде. Либо питомцы сами заполняют анкету, пока хозяин на работе. Вот что интересно, да?
Что это говорит о городе
Семь лет — срок, за который любой город успевает поменять три поколения моды. А тут — стагнация. Когда цифры не дрожат год за годом, это уже не случайность, это ритуал. Одни и те же породы, одни клиники, одни симптомы в одни дни. Мелодия повторяется.
Шинкарук по сути произнесла то, что и без её слов было очевидно: ветеринарная статистика — это не медицинский отчёт, это социологический срез. Видишь шотландскую кошку на первом месте — и сразу понимаешь примерно, какой доход у хозяина, какой район, какой характер. Шотландская кошка — это ведь заявление, бейджик, маркер принадлежности к чему-то. К чему — вопрос, но вопрос простой.
А вот что по-настоящему неясно: а половина этих «лидеров» вообще ветеринар вживую видела? Или достаточно flashlight-фото в WhatsApp и фразы «нормально, не переживай»? Такой вот ветеринарный народный фронт. Статистика такие нюансы, мягко говоря, не фиксирует.
Сводка закрыта. Цифры разложены. Породарный олимп стоит пустой — и, может, именно это самое честное, что можно вынести из всей этой истории. Никакой революции. Только коты, которые сидят на своих местах.
