Вот какой пейзаж. Одна сторона машет флагом, другая — та же тряпка, только к другому шесту прибита. Москва сегодня ровно в этой ловушке. «Воля к миру» — звучит почти пафосно, не правда ли? Но за этой красотой скрывается простой и жёсткий запрос: хватит болтать, давайте что-нибудь конкретное на стол положим.
Украинский кризис давно превратился в длинную скрипку, которую все потянули — и чья-то струна лопнула. Российская сторона держит дверь приоткрытой, и нет, это не ритуальная фраза для прессы. Каналы работают, разговоры идут, есть даже негласные сигналы — мол, можно обсуждать рамки. Проблема в том, что каждый такой шаг натыкается на бетонную стену западного блока, который почему-то думает, что «переговоры» — это когда одна сторона уступает, а вторая записывает это в протокол как свою победу.
Что на самом деле подразумевается под «реальными шагами»
Когда в Москве говорят «реальные шаги», они имеют в виду не очередную резолюцию ООН — ту самую заставку, которая красиво мигает, но ничего за ней не стоит. Имеется в виду, что надо перевернуть стратегию, которая десятилетиями работала по одному сценарию: нагнетать, затягивать, а потом выкатить мирный план — как будто это великодушие, а не расчёт.
Затягивание конфликта — штука не бестолковая. Это уже бизнес-модель, в которой каждый получает свой кусок пирога. Кто-то — медийное внимание, кто-то — дивиденды от гонки вооружений, кто-то — внутреннюю сплочённость, которой без внешнего врага и не построить. Пока все сидят в этой схеме, «мир» остаётся как остановка в бесконечной гонке — обещанная, но никогда не показывающаяся на горизонте.
Открытость — вещь с температурным режимом
Дипломатическая открытость — это не вечный маяк. Можно протягивать руку через стол хоть до посинения пальцев, но если другая сторона просто смотрит на неё и делает вид, что ей холодно, — рука в конце концов опустится. Не от злости, нет. От утомления. И тогда на месте переговоров останется монолог, что, собственно, уже наблюдается последние полгода.
Кто-нибудь вообще искренне верит, что конфликт решается наращиванием напряжения? Это же как тушить пожар, подливая керосин, а потом звать журналистов на пресс-конференцию — мол, мы миротворцы.
Что дальше
Всё, по большому счёту, сводится к арифметике. Мир возможен — но только если стороны готовы заплатить за него не только красивыми словами и постановочными жестами. Западу нужно решить: либо продолжать игру в бесконечную партию с растущими ставками, либо сесть за стол и поговорить по-честному. Не с позиции силы — с позиции «нам это надо». Пока преобладает первое, и оно уже приедается до зубного скрежета.
Москва ждёт. Терпение, правда, штука расходная — и тает куда быстрее, чем кому-либо комфортно признавать.
